ходят под скулами ее желваки.
Убирая руку, Лили вновь приняла свое обычное раздраженное выражение лица. Она прошла мимо Мичи и Хидео и стала подниматься на второй этаж по лестнице. Она ни разу не обернулась, не замедлила движения. Будто все, что сейчас произошло, ее никоим образом не касалось. Хидео тоже не удостоил ее вниманием: его мысли занимала стоявшая перед ним Хамада.
Мичи же стояла растерянная; ее свежее лицо покрыл ярко-розовый румянец, который она сначала попыталась спрятать, опустив голову. Потом она поняла, что прятать лицо бесполезно, ведь Хидео все равно будет прожигать ее внимательным взглядом. Вскинув голову, она грозно посмотрела на него.
Хватило ее где-то на три с половиной секунды, после чего Мичи, испуганная, поспешила уйти.
Хидео поймал ее за локоть и взволнованно спросил:
– Почему ты уходишь?
Она замерла, не решаясь высвободить свою руку из его теплых тисков. Хидео чувствовал, как бешено бьется пульс девушки под тонким слоем белоснежной кожи.
– Я не знаю, – ответила Мичи.
Она не лукавила и не пыталась флиртовать – весь ее вид говорил о том, что только что произошедшая ситуация напугала ее и оставила неприятный осадок. Не без самодовольства Хидео подумал: уж не нравится ли он ей? Иначе почему она так странно отреагировала на то, что он пришел с Лили в школу?
Тут же ему захотелось себя ударить – у них же вчера было почти что настоящее свидание! Если бы Хидео не отказался зайти к Мичи на чай, неизвестно, во что бы это могло вылиться. Наверняка после вчерашней прогулки Мичи напридумывала себе уйму всяких нелепостей!
До этого момента Хидео даже подумать не мог, что его согласие, данное вчера, и их прогулка, позволившая им сблизиться, может объясняться как свидание. Она ведь… просто девушка, с которой ему внезапно стало интересно общаться!
Почему все так круто повернулось за эти три дня?..
– Я сделал что-то не так? – последовал вопрос.
При этом он, совсем потеряв всякий стыд, подошел к ней вплотную, а она отскочила, заметив прибывающих в фойе учеников. Ситуация выходила из-под контроля, и ей совсем это не нравилось – Хидео видел это по напрягшемуся вдруг лицу, на котором губы нервно сжались в тонкую светло-розовую полоску, а на щеках проступили красные пятна.
– Нет, – Мичи подняла на него взгляд, и огонь, пылающий во тьме ее глаз, дал Хидео понять, что его вопрос глуп.
Хамада искоса следила за снующими из стороны в сторону учениками, периодически поднимая взгляд на Хидео. Она ничего не говорила, но все было понятно без слов: после того, что случилось между ними вчерашним вечером, в Мичи окрепла странная надежда.
– Прости, – сказал Хидео, отстраняясь.
Он не хотел, чтобы все вышло так – чтобы девушка, эта милая, умная и красивая девушка, стала тешить себя надеждой и представлять свои отношения с таким парнем, как Хидео. Он был ее не достоин. Хотя бы потому, что все его помыслы и желания стремились к другой, стремились только к Лили, которая, увы, уже упорхнула от него.
Хидео хотелось за многое извиниться перед ними обеими – ему казалось, что вел он себя отвратительно, совершенно неподобающим образом! Любя одну девушку, внушил чувства к другой! Причем совершенно случайно! Их вчерашняя прогулка была для Хидео просто дружеской встречей, не подразумевающей ничего, кроме милой беседы. Теперь же, когда Хидео отчетливо видел в глазах Мичи ревнивую тоску по нему, ему стало страшно за то, что он натворил – Мичи ведь воспринимала их встречу совсем иначе.
Нужно было как-то выбираться из этой сложной, запутанной ситуации.
Ему хотелось уйти, чтобы в одиночестве и тишине все тщательно обдумать. На секунду пришла в голову мысль рассказать обо всем Генджи, но Хидео решил не посвящать в сердечные дела своего друга – вряд ли вечно неутомимому детективу Генджи было бы интересно выслушивать проблемы Хидео.
Уйти, уйти, уйти. Скрыться от любопытных взглядов, готовых на куски разорвать его, чтобы узнать все сокровенные тайны. Уйти подальше, спрятаться во тьме, чтобы не было больше этого общества девушек, чтобы не мелькала перед глазами Лили Рокэ и Мичи Хамада, чтобы ему не пришлось больше находиться между молотом и наковальней. Ему слишком досаждали мысли о последних двух днях, которые он был вынужден провести с Мичи и ее глупыми странностями – это только все портит! Надоело, надоело, надоело.
Он сильно запутался в своих же чувствах, заплутал в них, как в путаном лабиринте. Чувства связывали его мысли в узел, сдавливали горло, оставляя мало воздуха для дыхания. Самое ужасное во всей этой ситуации была даже не путаница, а отсутствие выхода. Он не мог понять, как выбираться из переплетений нитей.
Хидео развернулся, чтобы уйти, но не успел он пройти и пары шагов, как Мичи воскликнула позади:
– Я же совсем забыла! Мацумура-сан!
«Опомнилась!» – не без раздражения подумал Хидео и обернулся. Мичи стояла с опущенными руками, сцепленными в замок, и выжидающе смотрела на Хидео. Ему пришлось вновь подойти к ней, взглянуть в блестящие глаза, что выражали безмерную надежду. Ему стало не по себе от этого взгляда – чувство вины накатило новой холодной волной, и Хидео до боли закусил свою щеку, чтобы не выдать излишней нервозности.
– Не хочешь… сходить сегодня со мной на вечеринку? – пробормотала Хамада.
Хидео опешил; после вчерашней прогулки он и предположить не мог, что Мичи так скоро позовет его вновь. Они же едва знакомы!
Ее навязчивость пугала.
– Прости, – повторил Хидео машинально, – но я не смогу.
– Опять мама? – в ее тоне вдруг послышалась легкая издевка.
– Нет. Просто… тебе не кажется, что мы слишком много проводим времени вместе?
– А, ты об этом… Не переживай! Там все прилично.
– Да я не… я не в этом смысле…
Мичи чуть склонила голову на бок и непонимающе сдвинула брови к переносице. Казалось, она искренне не понимала, за что Хидео так переживает. Хидео и сам не мог бы здраво ответить на этот вопрос – все это время он не переставал ощущать давящее чувство вины.
– Там будут и другие ребята, – сказала Мичи. – Можешь привести с собой кого-нибудь. Больше народу – веселей вечеринка!
– Ладно, – сдался Хидео, вздохнув, – а где встречаемся?
– Тематическое кафе «Мизуми».
Он задумался на мгновение, прикинув в уме расположение кафе. Кафе находилось неподалеку от дома Мичи – и это по-своему было для нее удобно, ведь при таком раскладе ей не придется далеко идти ночью. Скорее всего, ее все равно проводят те, кто тоже живет в той стороне – девушек
